Опрос
Оцените работу компании


 
Погода

» » Заложники чужой игры
 

Заложники чужой игры
Утро 27 декабря прошлого года принесло в редакцию тревожный сигнал: один из камионов водителей-перевозчиков черновицкой фирмы "Транссервис" перекрыл въезд на территорию киевского предприятия "OST-WEST EXPRESS", где находится лицензионный склад Киевской региональной таможни. Свои действия водители оправдывают тем, что их автомобили восьмой день простаивают в ожидании выгрузки. На вопрос, когда машины отпустят, работники склада отвечают: "Сидите в машине и ждите!" И водители ждут, сжигая для обогрева кабины дизтопливо днем, а также ночью, т.к. на гостиницу нет денег.

Мы подъехали к проходной предприятия, когда автомобиль уже покидал место блокирования дороги. После примерно 20-минутного ожидания нас приняло руководство — генеральный директор АО "OST-WEST EXPRESS" господин М.Л. БАЙТМАН и директор предприятия с иностранными инвестициями "OST-WEST EXPRESS" Б.З. МОГОРЫЧЕВ. Нас интересовали вопросы: чем объясняется такая длительная задержка автомобилей, как проводится документальное оформление выгрузки и загрузки машин и как решаются конфликтные ситуации, возникающие на почве неточностей или неправдивых данных, внесенных в документы? Как руководители предприятия расценивают демарш черновицких водителей?

Михаил Леонидович Байтман — генеральный директор АО:

"Водители своими хулиганскими действиями сорвали работу нескольких организаций, которые находятся на этой территории. Почему-то они решили, что их забастовка возможна на предприятии, которое не имеет к ним никакого отношения, ведь мы не работаем с перевозчиками. И они, и их руководитель будут за это наказаны, мы на этом настаиваем. На вопросы, которые касаются конкретно этих машин, ответит исполнительный директор предприятия".

Борис Завельевич Могорычев — директор предприятия:

"Мое видение ситуации абсолютно простое. Чужие люди заехали на территорию моего предприятия и позволяют себе хулиганские поступки: закрывают своими машинами проезд по дороге, парализуют работу других предприятий, не имеющих к происходящему никакого отношения.

Ситуация такова. Один из наших крупных клиентов — фирма "Монсанто Украина" заказала большой объем перевозок грузов, которые должны размещаться в наших таможенных складах. Чтобы точнее представить этот объем, скажу: на складах нужно разместить груз 35 автомобилей с полуприцепами. Однако в наличии машин оказалось больше, чем планировалось. Груз — специфический и размещаться должен только на специальном химическом складе, но свободных площадей там оказалось недостаточно. Таким образом, энное количество автомобилей некуда было разгрузить. Мы обратились с письмом в таможню с просьбой временно предоставить для разгрузки место на другом складе. И пока таможня подписывала письмо (на это ушло 2 — 3 дня), мы не могли разместить груз на складе. Есть определенный механизм подписания документов (согласование, приемные дни и т.д.). Теперь относительно фактов. Первая машина из этих двух прибыла в прошлую среду (19 декабря), прибыла с нарушением таможенного законодательства, а именно: разница между весом, указанным в ПП и инвойсе, составляла почти 1 т (в машине груза было меньше, чем указано в ПП — и по количеству мест, и по весу). Об этом был информирован заказчик, составлено письмо в таможню с просьбой о соответствующей корректировке. В понедельник письмо было подписано, так что выпустить машину раньше мы просто не могли по причине сделанного нарушения".

Чтобы быть последовательными, уточним дату приезда 1-го автомобиля — 20 декабря (в четверг — авт.). Письмо в таможню с просьбой о внесении коррективов в документы было подписано не в понедельник (24.12.), как утверждает Борис Завельевич, а в субботу 22 декабря. Об этом свидетельствует резолюция одного из руководителей региональной таможни под письмом, адресованным начальнику таможни. Приведем его текст: "На підставі позову КРМ (Київської регіональної митниці — авт.) №958 від 5.12.2001 р. вважаю можливим м.о. (митне оформлення) вантажу без зняття з контролю ПП. ПП буде знято з контролю після внесення змін до ЦБД (центрального банку даних — авт.)

Дата: 22.12.2001 г.

Підпис начальника відділу контролю доставки вантажів".

— В каком состоянии находился груз? Нужно ли было взвешивать его?
— Груз — на паллетах, поэтому его не нужно было взвешивать. Фактический вес груза отличается от указанного в документах.
— Как это произошло?
— В данном случае за счет загрузки меньшего количества паллет возникло несоответствие докуметально оформленного и действительного веса груза. Водитель не обратил на это внимания, инспектор пограничной таможни — тоже. Для восстановления истины существует определенный механизм. Водитель, обнаружив расхождение в документах, обращается в таможню на границе с просьбой откорректировать эту разницу, и такая процедура выполняется без проблем.
Почему отправитель поступил так, мы не знаем, да для нас это неважно. Важно то, что водитель не принял мер к устранению неточности. Таможня на границе сделала отметку в CMR, карнете TIR и пропустила автомобиль. Но Киевская региональная таможня обнаружила это нарушение и не дала "добро" на выгрузку машины. На прошлой неделе — в среду, четверг, пятницу — прибыло еще 10 машин, и они были выгружены, т.к. у всех водителей документы были в порядке.
— В начале беседы вы сказали, что машин было больше, чем планировалось. В связи с этим возник дефицит мест для выгрузки. Что же является основной причиной задержки машин — недостаток места на складе или несоответствие записей в документах?
— Основная причина заключалась в документах.
— А не основная?
— Небольшая задержка произошла со второй машиной из-за отсутствия места на складе. Машина приехала в понедельник (24.12!), после обеда. Дается 48 часов на растаможку и на выгрузку. Если машина прибывает к нам в понедельник не с утра, — этот день вообще не засчитывается. Фактически у нас остаются вторник, среда — два свободных дня. Сегодня у нас — четверг. Я не пойму, откуда такое нетерпение. Ну, нехорошо, что машина лишний день простояла…
По утверждению водителя, машина пришла на склад в субботу 22 декабря в 18 часов. В понедельник он сдал документы. Причем ни о каких ошибках никто не вел с ним разговора. А если и вел, то эта ошибка, по сути, ничего не решала, т.к. была исправлена за 1 день. Допустим, что необходимо было еще внести поправки в компьютерную сеть, которая, как уверяют таможенники, работает исправно и подобные операции выполняет буквально за минуты. Пусть на это ушел бы еще один день — 23 декабря. Сбросим еще один день, т.к. 23 — воскресенье. В понедельник, 24 декабря, водитель смог бы ехать домой. Он же простоял еще лишних 4 дня. Мы не будем сейчас говорить о водителях (как к ним относятся в терминалах и таких вот лицензионных складах — мы знаем). Речь идет о декларативном отношении к подъему экономики. Простояли один, десять или сто автомобилей день, потеряла от этого прибыль фирма, а вместе с ней — госбюджет не досчитался энного количества денег, ничего страшного. Ну, нехорошо, а что делать?
— Машина стоит шестой день. В каком состоянии находятся документы?
— На сегодня все документы в порядке и соответствуют норме. Письма все подписаны. Если вы хотите посмотреть эти письма, заверенные таможней, мы вам их покажем.
— Как будет решаться вопрос с машинами и водителями?
— Водители будут наказаны. Машины мы разгрузим обязательно.
— Ну об этом вы уже говорили. Нас интересует, будут ли наказаны грузоотправитель, по чьей вине в документы внесены неправильные данные, работники въездной таможни, не заметившие ошибку, или другие лица, по чьей вине она допущена?
— Что касается отношений грузоотправителя, грузополучателя и перевозчика — это их внутренняя проблема, пусть разбираются между собой. У нас нет договоров с фирмами перевозчиков.
— Как вы считаете, почему возник конфликт между водителями и складом?
— Водители, возможно, и хорошие люди, но действия, которыми они пытаются отстаивать свои интересы, иначе как пиратскими, я назвать не могу.
— Вы разрешите нам побеседовать с водителями?
— Пожалуйста.
Разговор с водителями состоялся в момент, когда они готовились к выгрузке машин. Чем это было вызвано — демаршем водителей или появлением журналистов? — для нас останется тайной, но сам факт начала работ подействовал и на нас, и на водителей вдохновляюще. Видимо, поэтому беседа получилась.
Водитель автомобиля DAF, загрузившись в Антверпене, за 4 дня добрался до Киева и уже 8-й день стоит на лицензионном складе. Причину задержки объяснить не может, т. к. о ней никто ему не сказал.
— Но нам говорили руководители предприятия о том, что в ваших документах обнаружена разница в весе.
— Разница была, но не по нашей вине. Ошибка допущена при оформлении ПП на границе.
— А почему вы не устранили эту ошибку на границе?
— Каждая ПП оформляется по факту отгрузки груза. Это значит, что таможенники должны получить CMR, инвойсы, узнать, с каким весом идет машина, на какую сумму и в какой валюте. Эти данные вносятся в ПП на границе. Они сделали документ "от фонаря". Чуть не сошелся вес, ну и ладно. Считаю, что эти проблемы решаются максимум за 1 час.
— Что по-вашему является причиной задержки машины?
— Нам так и не объяснили причину. "Сиди и жди в машине". Заправить машину нельзя, поскольку выезжать за горючим на тягаче не положено. Мы сожгли всю солярку, т.к. морозы крепкие, и почти круглые сутки нужно греть машину. Канистрами топлива не наносишься, вот и ходим просить горючее у других водителей. Все восемь суток спать пришлось в кабине.
— А кто вам мешал пойти в гостиницу?
— Денег нет на гостиницу. Две ночи там переночевали, и все деньги кончились. Кто знал, что придется быть здесь так долго. По идее, мы уже должны быть дома.

Последние вопросы мы задавали таможенному брокеру, который представиться не захотел и остался для нас неким мистером "х".

— Первая машина простояла восемь дней, вторая — шесть. Чем вы объясните этот феномен?

— Ну вы уже знаете, в первом случае в документах (предварительном уведомлении, CMR и инвойсах) допущена разница в весе, во втором — в наименовании валют. Чтобы устранить эти ошибки, нужно разобраться, решить, как правильно сделать. Для оформления ПП мы получаем проформу инвойса, т.е. предварительный инвойс, в котором указывается то, что заказчик планирует загрузить. Он высылается нам по факсу. Мы оформляем декларацию, которая в электронном виде уходит на границу. При пересечении машиной границы предварительные данные и данные CMR сверяются, и в случае несовпадения работник таможни вносит соответствущие поправки. Когда такие несовпадения обнаруживаются у нас, то мы должны поехать в таможню, чтобы сообщить об этом и подписать письмо о том, что таможня уведомлена о случившемся и разрешает нам принять груз.

— Но ведь на это не должно уходить 2 — 3 дня. Есть электронная почта…

— К сожалению, электронной почтой все вопросы не решаются. Инспектор не может взять на себя ответственность. У него есть начальник… И в данном случае ничего сверхъестественного не произошло.
— Кроме того, что люди простояли несколько дней.
— Ну простояли люди, такое бывает…Тем более, мы должны все проверить. Ведь машина пришла с недогру-зом. А вдруг по дороге кто-то сорвал пломбу и выгрузил 1 т…
— Но автомобиль прошел маршрут под пломбой…
— Вы знаете, в нашей жизни все возможно, а если учесть, что так уже бывало…
— Скажите, каким образом устраняется ошибка, подобная допущенной?
— Я звоню грузоотправителю, в данном случае — "Монсанто Украина" (Бельгия) — и сообщаю об этой ошибке. Они факсом высылают исправленный вариант.
— Сколько времени уходит на ваш запрос и их ответ?
— К счастью, "Монсанто Украина" работает быстро. Они дают ответ за полдня. А вообще на это может потребоваться максимум сутки.
— Каковы ваши дальнейшие действия в подобных случаях?
— Я составляю пакет документов, в который входят и контракт, и письмо с указанием ошибки. Иду с письмом к инспектору, затем к начальнику ТГО (там в письменном виде дают свое видение проблемы и возможность ее решения), потом — на прием в Киевскую региональную таможню, где подписываю письмо у заместителя начальника. Далее регистрирую письмо в общем отделе (канцелярия таможни), затем приезжаю к себе, набираю декларацию в исправленном варианте и иду оформлять документы в таможню.
— И снова проходите вышеперечисленные инстанции?
— Да. Кроме того, вношу нужные платежи. И после этого машина выгружается.
— Фиксируется ли где-нибудь время начала этих процедур?
— Никто этого не делает. Единственное, в таможне при оформлении декларации в журнал вносится ее номер и время, когда это делается.
— И затем каждая процедура тоже фиксируется?
— Нет. Только время и дата заезда на территорию склада и выезда за его пределы.
— А конечная?
— Тоже нет.

Подытоживая текст бесед (кстати, добросовестно воспроизведенных с магнитной пленки), не будем лишний раз отмечать допущенные неточности в словах ответственных лиц и в копии документа. Читатель увидит все это сам. Но выводы сделать просто необходимо.

Вывод первый. Уже более 35 машин, которые занимаются перевозкой данного груза, прошли ЛС, и ни в одном случае не зафиксированы неточности в документах. Так заявляют ответственные работники лицензионного склада.

В субботу, 22 декабря, черновицкая машина должна была выгружаться, т.к. таможенный брокер получил письмо — разрешение из таможни, но в этот день выгружались польские машины, водители которых "бастовали" уже 5 суток. Если суммировать простои машин из Черновцов и Республики Польша, то получается, что огромная ложка дегтя испортила весь мед, размазанный по стенкам бочки.

Сам собой напрашивается вывод, что подход к работе на ЛС более сродни пословице "своя рука — владыка", чем объективному отношению к клиентам. Нет сомнения, что недостаток складских площадей в оценке ситуации директором "OST-WEST EXPRESS" должен был стать главным, и это было бы справедливо.

Вывод второй. Судя по рассказу таможенного брокера, оформление документов на ЛС оставляет желать лучшего — и по времени исполнения, и "по бегу" по инстанциям. Фирма, которая находится в Бельгии, вопросы исправления неточностей в документах решает в течение нескольких часов. У нас на это уходит 2 дня.

Необходимо нормировать время проведения операций, производимых на ЛС, начиная от оформления документов и выполнения погрузочно-разгрузочных работ.

И еще одно. Директор черновицкой фирмы "Транссервис" хотел на несколько дней отозвать водителей домой, но не смог этого сделать. Дело в том, что охрана ЛС отвечает только за груз в машине, за пломбу и не берется охранять саму машину, т.е. кабину, колеса и другие элементы ее конструкции. Довольно странный метод охраны. При существующих на складе порядках никто не может четко сказать, сколько простоит машина в ожидании складской площади или исправления неточности в документе. И все это время перевозчик сам должен охранять свою технику. Видимо, по мнению работников ЛС, такой подход к проблеме является самым деловым и цивилизованным.

В целом лицензионные склады, судя по увиденному, чем-то напоминают терминалы: то же бесправное положение водителей, нежелание видеть в перевозчиках партнеров по бизнесу, а конкретнее — кормильцев. А ведь заказчики без перевозчиков, как говорят в народе, — "ноль без палочки".

P.S. Во время беседы руководители фирмы трижды упоминали о предстоящем наказании водителей за то, что они нарушили трудовой ритм предприятий, находящихся на территории склада: туда ведет только одна дорога, которую и перекрыл камион. Конечно, водитель поступил неправильно, в этом нет сомнения. Но правильно ли поступило руководство "OST-WEST EXPRESS", задержав машину на неопределенное время, да еще перед Новым годом и, главное, не объяснив причину? Своими действиями оно спровоцировало последующий демарш водителя, и нет сомнения, что если последний предъявит руководству фирмы встречный иск, то при добросовестном отношении суда к данному вопросу он выиграет дело.




Обозрение | 14 февраля 2001 | |
 


   
 
 
 
 
klio-t.com.ua   ©2006-2013 klio-t.com.ua
Все права защищены
Публикации    Техника    Водителям
  Новости отрасли {main}